Стать реально существующим. О детях – жертвах насилия.

Жизнь в токсичной семье – это постоянное разрушение личности ребенка. И после развода один из основных моментов - это помощь ребенку в обретении собственной цельности и восстановлении его личных границ.

Что такое токсичная (дисфункциональная) семья?
Это семья, где кто-то из родителей (или оба) пьет.
Семья, где папа унижает маму (кричит на нее, обзывает ее, говорит с ней пренебрежительно, говорит о ней гадости детям, не разговаривает с ней вообще, бьет ее).
Это семья, где унижают самого ребенка, в том числе бьют его и проявляют сексуальный интерес к его телу.
Это семья, где пренебрегают безопасностью, здоровьем, базовыми потребностями ребенка.

The Brooklyn Reader

Цельность личности - это собственное ощущение ребенка, что он есть, он существует.

Это уважение к ребенку, принятие его, признание его успехов.
Личные границы - это понимание, что твое, а что не твое, как с тобой и другими можно, а как нельзя.

В токсичной среде ребенок усваивает, что с ним можно по-всякому (= будущая жертва насилия).

Или что с другими можно по-всякому (= будущий насильник).
И что это норма жизни (= собственная дисфункциональная семья).

Говорит Алена Ельцова, директор женского кризисного центра «Китеж»:

- Дети - свидетели и жертвы насилия имеют особенности поведения. Самые распространенные -  это немотивированная агрессия к другим детям и даже взрослым, излишне шумное, демонстративное поведение или, наоборот, "застывание", в подростковом возрасте попытки уйти из дома или покончить с собой (выйти из окна). Бывают проблемы коммуникации - ребенок "не слышит" взрослого, избегает встречи глазами. Ребенок может бить кукол, бить или мучить или домашних животных, царапать себя, портить вещи, громить или ломать игрушки.

Как работать с такими детьми? Как можно им помочь?

Алена Ельцова:

- Мы применяем несколько направлений помощи детям.

  1. Арттерапия.
  2. Уход за животными.
  3. Социализация: взаимная забота детей друг о друге, в том числе старших детей о младших, одобрение способностей и индивидуальности каждого ребенка.
  4. Эмоциональный и тактильный контакт с мамой вплоть до выделения отдельного времени у мамы на ребенка: полное принятие ребенка, объятия.
  5. Сенсорная терапия и тактильные упражнения, в том числе массажи и ванна, бассейн, душ.

 

Важный момент: ребенок-свидетель может чувствовать себя "невидимкой", когда от него не зависит ничего. Все перечисленное поможет ему почувствовать себя реально существующим.

Law Offices of Bruce Thrasher

Восстановление детей после спасения из токсичной, опасной среды и само спасение осложняется тем, что в нашем обществе стыдно быть жертвой насилия, и тем, что очень многие считают, что неблагополучными могут быть только маргинальные семьи.

Опыт работы женских кризисных центров, групп по защите прав женщин и детей показывает, что дисфункциональные семьи есть во всех социальных и имущественных слоях.

По данным МВД России, из 4 миллионов человек, совершавших насилие в семье, только 205 тысяч являются людьми с неустойчивой нервной системой, 400 тысяч – алкоголиками, 40 тысяч – психически больными, а подавляющая часть – 3,35 млн – это «нормальные, уважаемые люди».

Говорит Мари Давтян, адвокат, соавтор законопроекта о профилактике семейного насилия:
- На моей практике за защитой от домашнего насилия обращаются женщины (чаще всего с детьми) из совершенно разных слоев населения, имеющие разный достаток. При этом женщины, имеющие высокое положение в обществе или высокий материальный достаток, дольше решаются обратиться за помощью и реже желают обращаться в правоохранительные органы, так как боятся стигмы.

Стигматизация жертв насилия приводит к тому, что от детей, даже если они были свидетелями насилия или сами подвергались ему, часто скрывают правду о разводе родителей, потому что «нехорошо наговаривать на отца» или «пусть поскорее забудет». И к тому, что женщины нередко сомневаются, расставаться с домашним тираном или нет, из-за того, что им стыдно.

Domestic Violence Services of Southwestern PA

Почему важно сообщать ребенку настоящие причины развода?

Говорит Наталья Шашкова, психолог:

- Семья для ребенка является первым институтом социализации. Условия развития  ребенка определяются отношениями членов семьи друг с другом, структурой семьи в целом, внешними влияниями на семью и возможностями пре­одоления проблем.

Если отношения между матерью и отцом ребенка распались по причине дисфункционального поведения одного из родителей, то ребенок попадает в сложную ситуацию: он любит дисфункционального родителя, но в результате его поведения попадает под психотравмирующее воздействие, что приводит к снижению нормальной адаптации к жизни у ребенка.

В ситуации, когда ребенку существующее положение вещей объясняют неправдиво (пресловутый папа-летчик), то у ребенка формируется когнитивно искаженное мировоззрение, к которому может добавиться  искажение эмоциональной сферы. Развитие ребенка  в таких условиях приведет  к формированию определенного стиля поведения, который будет непросто скорректировать во взрослом возрасте.

Конечно, родитель, оставшийся с ребенком, имеет право дать свою оценку причин происходящего, в том числе с учетом возраста ребенка, уровня его психологической развития, его особенностей.

Что самое главное при восстановлении ребенка после жизни в токсичной атмосфере?

Наталья Шашкова:

- Разрыв отношений между родителями является для ребенка психотравмирующей ситуацией. Любая травма в первую очередь нарушает у человека чувство базовой безопасности. Если развод родителей повлек за собой переезд, ухудшение материально-бытовых условий, психологические проблемы у оставшегося с ребенком родителя, то чувство базовой безопасности у ребенка нарушается сильнее.

Первичные действия в этой ситуации – создать для ребенка безопасное пространство, где признаются его чувства и потребности и есть предсказуемость происходящего.

В первую очередь это достигается через усилия по стабилизации своего состояния того родителя, который живет вместе с ребенком; режимом дня и помощью в налаживании социальных контактов с внешним миром у системы «родитель-ребенок».

Автор: Наталья Калашникова