Не довести до беды: как говорить с близкими, пострадавшими от семейного насилия

Как говорить с человеком, чтобы помочь ему еще до того, как случится трагедия, а какие фразы никогда нельзя произносить, если вам рассказывают о насилии в семье.

История юных сестер — Марии, Кристины и Ангелины Хачатурян, подозреваемых в убийстве отца-тирана в состоянии аффекта, второй день не покидает топы новостей.

По предварительным данным следствия и по словам сестер, девушки несколько лет жили на положении домашних рабынь, терпели побои и издевательства и в какой-то момент просто не выдержали, нанеся мучителю 36 ножевых ранений. Сейчас они находятся в центре временного содержания и останутся там до суда: шансы на освобождение под подписку при такой тяжелой статье минимальны, рассказал ответственный секретарь ОНК Москвы Иван Мельников, который встречался с сестрами. Следствие продолжается, с девушками общаются психологи и правозащитники, суд решит их дальнейшую судьбу.

А в сети снова обсуждают: как такое возможно, что кого-то много лет дома бьют, над кем-то жестоко издеваются, но вскрывается все случайно, зачастую, когда кто-то гибнет или оказывается необратимо покалечен, как Рита Грачева из Серпухова, которой ревнивый муж отрубил кисти рук. История Риты тоже не сходила с полос и первых страниц СМИ несколько месяцев назад.

В процессе следствия часто выясняется, что жертвы пытались рассказать о произошедшем близким людям, но встречали тревожащую реакцию и замыкались надолго. Как можно помочь пострадавшим от домашнего насилия и что не надо говорить в ответ, услышав страшное откровение, рассказала психолог-консультант Наталья Панфилова.

Запретные слова: "Это все правда было?"

Когда о жутком происшествии в семье Хачатурян только узнали, версии звучали разные. Сестер стали огульно обвинять даже в том, что они якобы "претендовали на наследство и совершили страшное дело". Обеспеченный отец семейства, воспитывающий трех дочек, в глазах общества - уважаемый человек и скорее герой, чем потенциальный тиран. Сомнения в словах жертв - не редкость, отметила психолог.

"Семейное насилие очень скрыто. Часто случаи бывают спорные, особенно если инцидент произошел не только что, а довольно давно, и реакция на него не такая острая. Человек, который рассказывает застарелую историю, рассказывает ее как бы стесняясь, вносит в нее столько переживаний сомнения, что собеседнику они передаются. Однако вслух выражать свои сомнения не надо — переведите ситуацию в плоскость действий и предложите варианты помощи: сходить с ним в полицию и написать заявление, помочь обратиться к врачу, пойти вместе в кризисный центр или в социальную службу к специалисту".

Запретные слова: "Почему им было просто не уйти?"

Второй вопрос, который часто задают люди, услышавшие как некто много лет третировал и избивал жену, сестру, престарелую мать или юную дочь (по статистике в 93% случаев семейного насилия именно женщины становятся жертвами). В отношении сестер Хачатурян тоже звучало: почему же они не ушли к матери и брату, если отец действительно был к ним жесток?

Что же заставляет терпеть побои самых близких и не уходить, даже если есть, казалось бы, куда идти?

"Срабатывает и так называемый "стокгольмский синдром", плюс - ребенок зачастую оправдывает родителя до последнего, это и к ближайшим значимым родственникам относится, в том числе, к супругам, ко всем, с кем есть эмоциональная связь. Никакого "просто" в семье не бывает, есть множество оттенков ситуации насилия, в зависимости от того, кто туда вовлечен", отмечает эксперт.

Отметим и то, что свидетели упоминали, будто дочери Михаила Хачатуряна боялись идти в полицию и даже звонить матери часто не смели, потому что он рассказывал им про свои "связи" и угрожал, да и соседям казался неадекватным и агрессивным человеком. Во время обыска в квартире нашли оружие и наркотики.

Под самым большим запретом: "Сама виновата"

И, наконец, коронная фраза. Она очень поможет тем, кого избивают или подвергают психологическим издевательствам дома... замолчать надолго и потерпеть до конца, нередко трагического. Если вам и правда небезразличен пострадавший человек, забудьте ее и даже не намекайте в разговоре, что в том, что происходит с ним, будь то побои, моральные или физические издевательства, насилие, есть его вина, говорит психолог.

"Никогда не надо так говорить и даже думать в этом ключе. Если человек делает с другим что-то, что преследуют по закону и осуждают в обществе, виноват он. Как бы жертва не "провоцировала", есть у каждого свои сдерживающие механизмы, а то у нас и изнасилование короткой юбкой любят оправдывать", отмечает психолог.

Чем раньше начать работать, тем лучше

Надо быть готовыми к тому, что принять помощь сразу людям очень сложно и порой стыдно, однако чем раньше человек будет изъят из этой ситуации и чем раньше специалисты-психологи начнут работу, тем жертве легче восстановиться и начать жить нормально, отмечает Наталья Панфилова.

"Все зависит от того, насколько реально человек травмирован, насколько адаптивна психика и как быстро с ними начнут работать. Чем быстрее с девочками Хачатурян станут работать профессионалы, тем быстрее они будут приходить в себя, но иногда такие вещи имеют отсроченный характер: сейчас будет иллюзия, что они восстановились очень быстро, а потом все вернется. Нужно наблюдать за ними хотя бы первый год очень плотно, чтобы убедиться, что психика восстанавливается, потому что иногда травма возвращается и тащит человека в глубокий невроз или психоз. Сейчас, когда это вскрылось, надо работать с ними, чем быстрее, тем лучше".

Если вы прямо или косвенно столкнулись с проблемой семейного насилия, помните, что узнав о такой ситуации помочь другому человеку можно, хотя бы предложив переночевать у вас дома и набрав номер полиции или кризисного центра в своем городе.

Автор: Ольга Максимова

Источник

Вместе мы сможем сделать больше


Присоединяйтесь к нам в социальных сетях!